Выбери правильный ответ и отметь его знаком плюс в 1925 году 4 класс

Лев Троцкий. Портреты революционеров

В г. английский врач и математик Рекорд предложил знак 4]. Исторические неточности или принцип Арнольда. Майкл Берри, английский физик, в письме к . этот класс трансцендентных функций в статье года. . Высказывание приписывают также Менехму как его ответ Александру Ма-. Выбери правильный ответ и отметь его знаком плюс в году наша 1 Ответ. 0 голосов. Лучший ответ. СССР,Москва .. ответил 15 Май от. бесценным сокровищам природного и культурного наследия России, его уникальной .. Изучение культурного наследия России в курсе географии 9 класса это понимая то, что ответы стихии природы могут быть разными. Л. Т. IV. С. [8] Миллер В.Ф. Осетинские этюды. Ч М.

Зато в работе над книгой "Мы и они" он довольно успешно продвинулся, вырисовывая портрет Леонида Красина. Их многолетние отношения складывались в различные периоды жизни диаметрально противоположно. Большевик-примиренец, "техник номер один" российского подполья кто только не пользовался бомбами и капсюлями из его подпольной лаборатории и не жертвовал ему денег "на террор"! Их добрым контактам, установившимся в году, ничуть не мешало недавнее меньшевистское прошлое Троцкого, объявившего себя "внефракционным социал-демократом", и его упорное нежелание склонить выю перед Лениным.

Судя по всему, Красин ценил тогда в Троцком и незаурядного человека и политика большого масштаба. Троцкого же с самого начала подкупал широкий размах Красина, его душевная доброта. Будучи человеком довольно сухим, Троцкий, как правило, легко сходился со своими антиподами. Неизвестно, насколько интенсивно поддерживали Красин и Троцкий отношения между собой в период революционного спада,-- в биографических записках Троцкого, оставшихся неоконченными, сохранилась лишь коротенькая сцена, да и то со слов Надежды Крупской, о том, как Красин отошел от рабочего движения.

Зато встретились Красин и Троцкий снова в году в Петрограде, по сути дела политическими противниками. Если Троцкий находился в то время на крайне радикальном крыле российского рабочего движения, то, проштудировав письма Красина в Амстердамском институте социальной истории, остается неясным, можно ли причислять в это время Красина вообще к социал-демократии? Как не похож Леонид Красин в этих письмах на портреты, долгие годы выполнявшиеся по заказам свыше московскими богомазами!

В доверительных письмах к жене звучит самая непримиримая критика политики большевиков, насильственно взявших власть в свои руки как считал Красин путем вооруженного переворота в октябре го; особенно резки выпады в адрес Троцкого и Ленина.

Подобная позиция отчетливо прослеживается у Красина вплоть до го и даже до начала года. Однако она не помешала ему впрочем, как и Горькому, и почти всем бывшим участникам группы "Вперед!

Несмотря на весь наносной цинизм богатого промышленника и сибарита "товарищ Никитич" сдавал после октябрьского переворота свои идейные позиции в муках и тревогах. И у самого начала этого нелегкого для Леонида Красина пути мы видим Льва Троцкого. Еще 5 ноября года Троцкий обратился к лидеру рабочих-мегаллистов Александру Шляпникову: Как вы относитесь, в частности, к кандидатурам Л.

После этого между Красиным и Троцким восстановились коллегиальные, а затем постепенно наладились и старые дружеские отношения. Интенсивно общались они и в годы гражданской войны. Во время боевых действий против войск белых генералов и Антанты Леонид Красин принимал участие в работе Совета Труда и Обороны. Будучи председателем Чрезвычайной комиссии по снабжению Красной Армии и одновре- менно наркомом торговли и промышленности, Леонид Красин обладал воистину диктаторскими полномочиями в области снабжения армии и организации экономики всего тыла.

Многочисленные источники, сохранившиеся в архивных фондах, подтверждают слова Троцкого: В году конкретные контакты Красина с военным ведомством ослабли. На его место по просьбе Троцкого был назначен Алексей Рыков Однако добрые отношения Красина с Троцким из-за этого не прервались. А вскоре оба они почувствовали, что в глазах части партийного аппарата оказались "не ко двору". После того как Ленин в начале года полностью потерял работоспособность, партию большевиков а следовательно, и высшее руководство Советской России возглавила "тройка".

Она состояла из Зиновьева, Каменева и Сталина Зикаси -- называли эту "тройку" современники с легкой руки записного остряка партийных съездов Давида Рязанова.

  • Страницы истории 1920-1930-х годов. 4 класс Окружающий мир-какие ответы?

С самого начала своего отнюдь не эфемерного существования "тройка" представляла интересы центрального, а особенно провинциального губернского партийного аппарата. Пользуясь столь весомой поддержкой, "тройка" уже в году de facto захватила власть на партийном Олимпе.

Неотлагательной своей задачей новоявленные "триумвиры" считали уже тогда полную изоляцию Льва Троцкого. Сталин даже помышлял об убийстве своего давнего врага, но отказался от этого замысла, боясь вызвать в ответ волну индивидуального террора со стороны молодых прозелитов Троцкого. Борьба против Льва Троцкого и многочисленной "группы ти" -- старых большевиков, выступивших с резким письмом в защиту внутрипартийной демократии,-- детерминировала в середине х годов почти всю деятельность возглавляемого "тройкой" Центрального Комитета.

Более того, на партийном Олимпе была создана в помощь "тройке" еще и конспиративная "семерка" Сталин, Зиновьев, Каменев, Бухарин, Рыков, Томский, Куйбышев.

Именно на тайных собраниях "семерки", по сути дела, и решались вплоть до лета года времени разрыва Сталина с Каменевым и Зиновьевым все важнейшие вопросы партийной и государственной жизни. Лишь после тайных постановлений на заседаниях "семерки" те же самые вопросы выносились на совещания Политбюро и Совнаркома. Понимая, что борьбу с ним ведут самым некорректным образом, и презирая, как он любил выражаться в семейном кругу, "эту сталинскую методу", Троцкий все же весьма тяжело переносил вынужденную изоляцию.

И как бы в ответ на интриги "тройки" и "семерки" он стал манкировать заседаниями Политбюро и Совнаркома. А коли Троцкий и присутствовал на этих совещаниях, то демонстративно углублялся во французские и английские газеты либо обменивался записками с Леонидом Красиным, который, видя затравленность Троцкого, непременно садился рядом с.

А как же складывалось положение самого Красина на пороге "новых времен"? Судя по письмам к жене, Красин сначала думал, что с ним будут продолжать считаться Более того, в году Леонида Красина после семнадцатилетнего перерыва избрали членом ЦК.

Но за внешними почестями не последовали назначения на должности, от которых зависело экономическое развитие страны. Видя, что в результате всего этого положение начинает складываться не в его пользу, Леонид Красин, оставаясь ключевой фигурой в системе Наркомата иностранных дел, обычно не задерживался в советской столице во время своих приездов.

Но как бы он ни спешил, все же всегда выкраивал время навещать Льва Троцкого. В словах Троцкого о Красине мы слышим как бы отзвуки их тогдашних доверительных бесед, хотя политическими союзниками в середине х годов они так и не стали. Притом, что Леонид Красин полностью разделял воззрения Троцкого о необходимости "интенсификации" борьбы с бюрократической элитой, захватившей власть в стране, "товарищ Никитич" оставался сторонником демократизации не только в стане большевиков, но и во всем обществе.

К подобным выкладкам Лев Троцкий придет гораздо позже, лишь в е годы, во время своей работы над серией статей о последствиях сталинского термидора и над глубоко аналитичным трудом "Что такое СССР и куда он идет? Так и не опубликовав почему-то свои мемуары о Красине, Троцкий время от времени вспоминал о нем: Всегда в спокойных, объективных тонах.

Личные черты Раковского -- широкий интернациональный кругозор и глубокое благородство характера -- сделали его особенно ненавистным для Сталина, воплощающего прямо противоположные черты",-- характеризовал его Троцкий в "Моей жизни", Раковский и Троцкий впервые встретились в Париже в году. Одновременно находились они и в Штутгарте четыре года спустя, на конгрессе II Интернационала. В году Лев Троцкий совершил поездку по Балканам и смог вблизи наблюдать политическую деятельность Христиана Раковского.

А затем последовали новые встречи: Вена, где Раковский старался материально помочь выходу "Правды" и других "троцкистских" изданий, Бухарест когда Троцкий снова объехал Балканы в качестве военного корреспондента в году и, наконец, Циммервальд: И в Петроград Троцкий и Раковский прибыли почти одновременно, в мае года.

Правда, они несколько месяцев не состояли в одной и той же партии, а это значило, что не виделись слишком. Троцкий стал "межрайонцем", а затем большевиком. Раковский же вступил в ряды меньшевиков-интернационалистов, его больше привлекали тогда умеренные взгляды Мартова и Мартынова, нежели радикализм Ленина и Троцкого. Но с декабря го позиции Троцкого и Раковского заметно сближаются. Однако в данном случае "историческую судьбу" отождествлял не в последнюю очередь сам Лев Троцкий, второй после Ленина по влиянию политический деятель в Советской России в годы гражданской войны.

Именно стараниями Троцкого Раковский был назначен главою харьковского правительства и одновременно наркомом иностранных дел Советской Украины вопреки сопротивлению Пятакова и Антонова-Овсеенко. Кто бы мог подумать, что все трое вождей Советской Украины вскоре станут "троцкистами", во время внутрипартийной фракционной борьбы, а Раковский к тому же не просто "оппозиционером", а еще и хранителем номер один традиций оппозиции года после высылки Льва Троцкого из Советского Союза.

Деятельность Раковского-оппозиционера в наши дни практически не изучена. Из его отчасти конспиративной переписки с Троцким даже исследователям известны лишь фрагменты. Письма Раковского из Астрахани Троцкому в Алма-Ату -- это как бы ключ к дружбе двух образованнейших интеллектуалов, сброшенных волею вершителей "генеральной линии" с Олимпа власти в самую гущу повседневной жизни Но и в ссылке Троцкого и Раковского волновали в первую очередь не трудности быта.

Сутью их жизни являлись размышления типа Quo vadis? Не знаю, что виною -- метеорологические или иные какие силы. Последний же, и сам находясь в трудных условиях ссылки, успокаивал Троцкого: Тем не менее я думаю, что недостающие тебе книги можно будет выписывать из Москвы. По-моему, кроме текущей работы было бы чрезвычайно важно, если ты выбрал бы какую-нибудь тему, которая заставила бы тебя, вроде моего Сен-Симона, многое пересмотреть и перечитать под известным углом зрения".

В Астрахани в году Раковский усиленно работал над книгой о Сен-Симоне, однако круг его интересов был предельно разнообразен: Письма из Москвы приходят здесь на пятый, а иногда на шестой день, газеты на третий день.

Здесь имеется киоск, где получаются даже и некоторые немецкие газеты, но не все номера. Из русских авторов пока прочел только "Конную армию" Бабеля В обстановке, аналогичной с теперешней, я всегда перечитываю Дон-Кихота, и теперь он мне доставляет громадное удовольствие". Наряду с чтением и работой над книгой о современниках о которой он подробно писал Троцкому -- не послужило ли это, в свою очередь, для Троцкого дальнейшим импульсом? Христиан Раковский старался путем рукописных воззваний и статей реагировать на происходящие вокруг него тлетворные события: Резко выступал Христиан Раковский против "капитуляции" своих сподвижников.

Поэтому-то Троцкий и другие лидеры международной антисталинской оппозиции упоминали Раковского всегда на первом месте, когда речь заходила о мучениях узников советских политизоляторов и колоний ссыльнопоселенцев. Льву Седову, который как раз устанавливал в Берлине контакты с рабочими лидерами.

А тем временем о Христиане Раковском доходили все более тяжелые известия. Гепеуры старались полностью изолировать. Один обыск следовал за другим.

Ссылку в Астрахань, город с тяжелым климатом, сменило изгнание в Барнаул, место с не менее трудными условиями, к тому же безо всяких культурных традиций. У дома Раковского маячило всегда пять-шесть подозрительных соглядатаев в одинаковых кепках и пальто.

И чем чаще о Раковском вспоминали прогрессивные круги Запада, тем более ужесточался его режим. Поэтому-то не было и дня, когда бы Лев Троцкий не вспоминал в кругу своих домашних о Раковском и его многострадальной семье.

Гуров разослал в различные страны мира специальный циркуляр, объясняющий, как следует самым эффективным способом организовать борьбу за освобождение Раковского. Следовало бы написать хоть краткую биографию.

Я бы это сделал, если бы подобрать необходимые материалы. Я советую поручить это официально одному лицу в Берлине и Париже и болгарской организации. Надо разыскать статьи Раковского в советской печати, его старую книгу против румынского боярства г.

Можно написать соответственное обращение ко всем секциям. Это имело бы большое значение. Пока что кампанию нужно вести",-- говорится в письме Троцкого Льву Седову от 27 февраля года.

Материалы о Христиане Раковском с самого начала лежали у Троцкого в кабинете в отдельной папке. Толчком послужило, конечно, известие о его смерти.

Хотя этот повод, к счастью, отпал, биографию надо будет все-таки выпустить, тем более что в августе ему исполняется 60 лет. К сожалению, материалов у меня здесь очень мало. Нет, в частности, ни одной его книги, ни докторской диссертации, ни книги о боярской Румынии, ни русской книги за подписью Инсарова о Франции и французах.

Нет также почти ничего, что характеризовало бы деятельность Раковского как украинского предсовнаркома. Думаю, что в Париже кое-что можно добыть. Говорят, есть характеристика Раковского в книге Де-Монзи Хорошо было б получить эту книгу. Параллельно я работаю также над биографиями Иоффе и Воровского. По другой линии хочу дать портрет Красина. Если попадутся материалы, особенно относительно Иоффе, прошу прислать".

Последний абзац письма свидетельствует о том, что работа над портретами современников превратилась у Троцкого в сизифов труд. Он сам, если и не махнул на нее, то, не имея нужных материалов под рукой, не видел ни конца, ни края.

А порой и сама жизнь вносила коррективы в мемуары Троцкого. Ведь некоторые герои задуманной книги продолжали жить, да еще и выходили из его политической орбиты. Так, к примеру, Христиан Раковский, казавшийся поистине непреклонным в феврале года, "капитулировал" под огромным давлением сталинских властей и обратился в ЦК ВКП б с просьбой принять его обратно в партию.

Довольное кремлевское руководство не только разрешило Раковскому вернуться из ссылки, но и организовало ему почетную встречу. На вокзале старого оппозиционера, измученного донельзя физически и морально, встретили пионеры с цветами и Лазарь Каганович, второй секретарь ЦК, самый близкий в этот период к Сталину политик. Осенью того же года Раковский был послан с дипломатической миссией в Токио с делегацией Красного Креста.

А в году, как бы пройдя испытательный срок, он был принят в партию. После этого фарса почти никого не удивило, что во время первых концептуальных политических процессов Христиан Раковский на страницах советской прессы потребовал для своих же недавних товарищей по оппозиционной деятельности смертной казни. Поначалу он попытался, как обычно обращаясь к марксистским постулатам, объяснить этот поступок усилением либо ослаблением определенных мировых классовых процессов.

Во всяком случае, это следует из его письма сыну от 19 марта года: В сознании рабочих процесс отражается так: Мировой пролетариат оказывается не на высоте. Победа фашизма означает опасность для нас, а у нас дела идут все же на поправку,-- значит надо как можно крепче держаться за аппарат, каков он ни. Уже в момент победы Гитлера в Германии мы писали и после не раз повторяли, что без успехов революции на Западе бюрократический режим на почве национального социализма будет в СССР только крепнуть.

Истекшие 15 месяцев подтвердили это предвидение. Сдача Раковского и Сосновского бывшего ведущего публициста "Правды", известного оппозиционера. Держаться сейчас на позиции коммунистов-интернационалистов можно, только имея перед собой мировую перспективу, наблюдая и обобщая реальный ход развития или распада мировых рабочих организаций и реальные возможности, которые открываются перед IV Интернационалом. От этих перспектив бывшие оппозиционеры в СССР герметически отделены.

Разумеется, их сдача есть известный моральный удар для нас, но если вдуматься во всю обстановку и в индивидуальное положение каждого из них, буквально жившего в закупоренной бутылке,-- никогда ничего [похожего] в мировой истории революционного движения не бывало,-- то приходится скорее удивляться, как они удерживались или удерживаются на своей позиции до сих пор".

Но, как бы оправдывая Раковского такими доводами, Троцкий тем не менее не мог простить ему "капитуляции". Он даже попросил своего секретаря Ван Эйенорта разорвать большой портрет Христиана Раковского, который долгие годы висел в рабочей комнате Троцкого.

А в дневнике, предназначенном отнюдь не для публикации, а как бы для беседы с будущим, появилась запись Троцкого от 20 февраля года: Одним крупным революционером меньше, одним мелким чиновником больше! В году он был арестован и подвергнут, судя по дошедшему до нас заявлению, полному слов протеста, самым изощренным пыткам.

Раковского обвинили в том, что с года он являлся агентом британской Intelligence Service, а с го, после поездки в Токио,-- еще и японской разведки. Заставляя Раковского признаваться в "преступных" связях с Троцким, следователи подготовили целый сценарий. Сломленный подсудимый покорно повторял заученные выражения, но вдруг посреди казенного набора фраз у него вырвалось что-то личное: Иностранные журналисты, присутствовавшие в Октябрьском зале Дома союзов в один голос заметили, что на "Большом процессе" в марте года перед ними появился старый, болезненного вида, сломленный человек.

Суд присудил тогда Раковского к 20 годам заключения и 5 годам поражения в гражданских правах. Раковский, отдавший 50 лет делу борьбы за освобождение трудящихся, может надеяться искупить свои мнимые преступления к летию своего рождения! Равняется с чудом, что Раковскому дали возможность дожить до лета года. А тогда его расстреляли вместе с левой эсеркой Марией Спиридоновой и сестрой Троцкого Ольгой Каменевой во дворе Орловского централа.

Иоффе был человеком высокой идейности, большой личной мягкости и несокрушимой преданности делу". Эту краткую характеристику, данную Иоффе в "Моей жизни", Лев Троцкий несколько раз готовился повторить в развернутой форме, собрав воспоминания об их совместной деятельности. Из различных упоминаний об Адольфе Иоффе у Троцкого можно в конце концов составить целую мозаику-портрет, в центре которого совместное пребывание в венской эмиграции, а затем борьба со сталинской "генеральной линией" в середине х.

Характерно, что о самоубийстве Иоффе, затравленного кремлевской камарильей, Лев Троцкий вспомнил именно во время своего ареста в Москве в году.

В минуты высылки Троцкого присутствовали лишь самые близкие друзья. Среди них была и Надежда Адольфовна Иоффе, оставившая интереснейшие воспоминания о дружбе своего отца со Львом Троцким. Не раз вспоминал высокие интеллектуальные и деловые качества Адольфа Иоффе Лев Троцкий и в годы эмиграции.

Однако фрагменты мемуаров его о Иоффе так и не увидели свет. Предполагаемая книга портретов современников "Мы и они" осталась в рукописи. И если советский читатель все же может познакомиться с портретами Красина и Воровского, Раковского и Иоффе, то он обязан этому исключительно бостонскому историку Юрию Фельш- тинскому. Составляя эту книгу, Фельштинский включил в нее также несколько малодоступных в Советском Союзе статей Троцкого, близких к мемуарному жанру.

Статьи эти предельно субъективны, как и все, что выходило из-под пера Льва Троцкого. В то же время они свидетельствуют и о его прозорливости: И наконец, благодаря стараниям составителя этой книги Юрия Фельштинского перед нами предстала целая картинная галерея современников Троцкого, со всеми их трагическими и противоречивыми чертами, та самая галерея, для которой он оставил, образно выражаясь, лишь кипу неразобранных холстов.

Молодой тогда еще историк как раз подступал к составлению своих многочисленных изданий рукописей Троцкого. С тех пор большинство этих планов осуществилось. А благодаря крушению постсталинской системы, наследие Троцкого начало возвращаться и к себе на родину. И хотя от Юрия Фельштинского Лев Троцкий безмерно далек в совокупности его идей перманентной и мировой революции, однако, не посвяти этот проницательный ученый, которому абсолютно чужды черты фанаберии и великодержавности многих советских историков, столько лет копированию пожелтевших бумаг в Бостоне, Стэнфорде и Амстердаме, не приложи он невероятные по упорству усилия к классификации в большинстве случаев впервые публикуемых документов, то много сотен раз проклятый "сталинской школой фальсификации" Лев Троцкий вряд ли смог бы снова стать в столь широких кругах в Советском Союзе предметом исследований.

Часть этих очерков была закончена Троцким и предназначалась для публикации на иностранных языках, как, например, очерк о Ленине, написанный для Британской энциклопедии в году. Другие сохранились в черновиках. В особый раздел вынесены материалы незаконченной Троцким книги "Мы и они" "Они и мы". Как следует из опубликованных в этом разделе выдержек из писем Троцкого М. Истмену, автор задумал эту книгу в году. Он неоднократно менял ее композицию, но закончить книгу так и не сумел, возможно потому, что интерес к работам Троцкого на Западе со временем уменьшался, и для книги не нашлось издателя, согласного заплатить за нее гонорар.

По существу, Троцким была завершена только одна из глав книги -- "Завещание Ленина"; остальные же главки -- "Красин", "Боровский", "Иоффе", "Чичерин" и "Раковский" -- остались в черновиках. Материалы сборника "Портреты революционеров" публикуются по документам, хранящимся в архиве Троцкого, купленном в году Гарвардским университетом, в США.

Материалы публикуются с любезного разрешения администрации архива Троцкого Гарвардского университета и библиотеки Лилли Индианского университета. Отец Ленина Илья Николаевич крестьянского происхождения, педагог.

Мать, Мария Александровна, по рождению Берг1,-- дочь врача. Старший брат Ленина род. Ленин, третий из шести детей семьи, окончил Симбирскую гимназию в году с золотой медалью. Казнь брата навсегда вошла в его сознание и содействовала определению его дальнейшей судьбы.

Летом года Ленин поступает на юридический факультет Казанского университета, но в декабре того же года исключен за участие в студенческой сходке и выслан в село Кокушкино близ Казани в имение деда с материнской стороны. Его ходатайства г.

Осенью Ленину разрешено вернуться в Казань, где он и начинает систематическое изучение Маркса и завязывает первые связи с членами местного марксистского кружка2. В течение года Ленин успешно сдает экзамены при юридическом факультете Петербургского университета.

В году он зачисляется в Самаре помощником присяжного поверенного. К этому и следующему году относится несколько судебных выступлений Ленина в качестве защитника. Однако главное содержание его жизни уже составляет изучение марксизма и применение его к исследованию путей хозяйственного и политического развития России.

Переехав в году в Петербург, Ленин завязывает связи среди рабочих и начинает пропагандистскую работу. К этому периоду относятся первые литературные работы Ленина, направленные против народников и фальсификато- ров марксизма, и переходившие из рук в руки в рукописном виде3.

В апреле года Ленин выезжает впервые за границу, имея главной целью установить связь с марксистской группой "Освобождение труда" Плеханов, Засулич, Аксельрод. По возвращению в Петербург он организует нелегальный "Союз борьбы за освобождение рабочего класса", который быстро превращается в значительную организацию, развивает пропагандистскую и агитационную работу среди рабочих и учащихся и завязывает связи с провинцией. В декабре года Ленин и его ближайшие сотрудники подвергаются аресту.

В феврале года его отправляют в трехлетнюю ссылку в Восточную Сибирь, в Енисейскую губернию. К этому времени г. Крупской, его товарищем по работе в СПБ Союзе и верной его сподвижницей в течение дальнейших 26 лет жизни и революционной борьбы. За время ссылки Ленин заканчивает свой важнейший экономической труд "Развитие капитализма в России", основанный на методической проработке огромного статистического материала Петербург, В году Ленин выезжает в Швейцарию с целью организовать за границей, совместно с группой "Освобождение труда", издание революционной газеты, предназначенной для России.

К концу года в Мюнхене уже выходит No 1 газеты "Искра" с эпиграфом: Целью газеты является организация централизованной подпольной революционной партии социал-демократов, которая во главе пролетариата открыла бы борьбу с царизмом, вовлекая в нее угнетенные народные массы, и прежде всего многомиллионное крестьянство. В выпущенной Лениным вскоре брошюре "Что делать? Идея централизованного партийного руководства борьбой пролетариата во всех ее формах и проявлениях тесно связывается у Ленина с идеей гегемонии рабочего класса в демократическом движении страны.

Становясь стержнем ленинского мировоззрения и практической борьбы, идея гегемонии непосредственно переходит в программу диктатуры пролетариата, когда год и февраль го подготовляют условия для октябрьского переворота.

Отныне Ленин начинает свой самостоятельный путь как вождь фракции, а затем партии большевиков. Начавшись с вопросов организации партии, разногласия вскоре углубляются вопросом об отношении к буржуазному либерализму, с одной стороны, к крестьянству -- с. Меньшевики стремятся согласовать политику русского пролетариата с либеральной буржуазией. Ленин видит ближайшего союзника пролетариата в крестьянстве.

Эпизодические сближения с меньшевиками не приостанавливают все большего и большего расхождения двух линий: В борьбе с меньшевизмом выковывается политика, приведшая впоследствии к разрыву со II Интернационаломк Октябрьской революции и к замене скомпрометированного социал-демократического названия партии коммунистическим 4. Поражение армии и флота в русско-японской войне, расстрел рабочих 9 января года, аграрные волнения и политические забастовки создают революционную ситуацию в стране.

В соответствии с этим, на III съезде партии, состоявшем из одних большевиков май г. В октябре года начинается всероссийская забастовка. В начале ноября Ленин возвращается из Женевы в Россию и в первой же статье призывает большевиков5, в связи с новой обстановкой, расширить организацию, привлекая в партию широкие круги рабочих, но сохраняя нелегальный аппарат, в предвидении неизбежного удара контрреволюции. В декабре царизм переходит в контрнаступление.

История воспитания в Античности (Греция) — Марру А.-И.

Восстание в Москве в конце декабря, без поддержки армии, без одновременного восстания в других городах и без достаточного отклика деревни, вскоре подавляется.

В событиях года Ленин выдвигает три момента: Эти выводы года станут руководящими принципами политики Ле нина в году и приведут к диктатуре пролетариата в форме Советского государства. Разгром Декабрьского восстания в Москве отодвигает массы на второй план.

Авансцену занимает либеральная буржуазия. Начинается эпоха первых двух Дум. Ленин формирует в этот период принципы революционного использования парламентаризма в непосредственной связи с борьбой масс в целях подготовки их к новому периоду наступления.

В декабре года Ленин выезжает из пределов России, чтобы вернуться в нее лишь в году. Открывается эпоха победоносной контрреволюции, преследований, ссылок, казней, эмиграции.

Ленин ведет борьбу против всех течений упадочничества в революционной среде: В эту глухую эпоху Ленин обнаружил сочетание двух основных своих качеств: Одновременно Ленин ведет развернутым фронтом борьбу против попыток ревизии теоретических основ марксизма, на которые опирается вся его политика. В году он пишет капитальное исследование6, посвященное основным вопросам познания и направленное против идеалистической, по существу, философии Маха и Авенариуса и их русских последователей, пытавшихся соединить эмпириокритицизм с марксизмом и проводивших в политике отзовизм.

Опираясь на огромную проделанную им научную работу, Ленин доказывает, что методы диалектического материализма, как они сформулированы Марксом и Энгельсом, полностью подтверждаются развитием научной мысли вообще, естествознания в особенности.

Так, революционная борьба, не упускавшая из виду самых мелких практических вопросов, шла у Ленина всегда рука об руку с теоретической борьбой, поднимавшейся до самых высоких достижений обобщающей мысли. В режиме контрреволюции обнаруживаются трещины. В начале года Ленин созывает в Праге тайную конференцию русских организаций большевиков.

Разрыв с меньшевизмом принимает окончательный и бесповоротный характер. Ленин организует из-за границы издание в Петербурге легальной газеты "Правда", которая в постоянной борьбе с цензурой и полицией оказывает руководящее влияние на передовых рабочих.

В июле года Ленин с ближайшими своими сотрудниками переезжает из Парижа в Краков, с целью облегчить свои отношения с Россией. Революционный подъем в России нарастает, обеспечивая тем самым перевес большевизма. Ленин в оживленных отношениях с Россией почти ежедневно посылает статьи под различными псевдонимами для легальных большевистских газет, досказывая необходимые выводы в нелегальной печати.

В этот период, как и раньше, так и позже, Н. Крупская стоит в центре всей организационной работы, принимает приезжающих из России товарищей, дает инструкции отъезжающим, устанавливает нелегальные связи, пишет конспиративные письма, зашифровывает и расшифровывает.

В июле года Ленин переезжает в местечко Поронин Галицияеще ближе к границе. Здесь застигает его объявление войны. Австрийская полиция, заподозрив в Ленине русского шпиона, подвергает его аресту, но через две недели освобождает и высылает в Швейцарию. Начинается новая широкая полоса в работе Ленина, сразу получающая интернациональный размах. Манифест, опубликованный Лениным 1 ноября от имени партии, определяет империалистический характер войны и виновность в ней всех великих держав, издавна подготовлявших кровавую борьбу за расширение рынков и за разорение конкурентов.

Патриотическая агитация буржуазии обоих лагерей, со сваливанием вины друг на друга, объявляется маневром для одурачивания рабочих масс. Манифест констатирует переход большинства европейских социал-демократических вождей на позицию защиты отечественной буржуазии, срыв ими решений международных социалистических конгрессов и крах II Интернационала.

С точки зрения русских социал-демократов, заявляет манифест, поражение царизма было бы наиболее выгодным из исходов войны. Поражение "своих" правительств должно быть лозунгом социал-демократов всех стран. Ленин подвергает беспощадной критике не только социал-патриотизм, но и разных оттенков пацифизм, который, мечтая о мире, капитулирует перед войной и, занимаясь платоническими протестами, отказывается от революционной борьбы с империализмом.

Теоретики и политики II Интернационала усугубили старые обвинения Ленина в анархизме. На самом деле через всю теоретическую и практическую работу Ленина, и до и после года, проходит борьба не только с реформизмом, который с началом войны превратился в опору империали- стической политики имущих классов, но и с анархизмом и со всеми вообще разновидностями революционного авантюризма.

В сентябре года в Циммервальде Швейцарии собирается первая конференция европейских социалистов, стоящих в оппозиции к империалистической войне всего 31 человек.

Левое крыло циммервальдской, а затем кин-тальской конференции явилось, под руководством Ленина, основным ядром будущего Коммунистического Интернационала, программа, тактика и организация которого вырабатывались под руководством Ленина.

Ход бараном | Дмитрий Новокшонов - ecadclimar.gq

Им непосредственно вдохновлялись решения первых четырех конгрессов Коминтерна. К своей борьбе в международном масштабе Ленин был подготовлен не только своим общим глубоким образованием на марксистской основе, не только опытом революционной борьбы и партийного строительства в России, но и детальным знакомством с мировым рабочим движением.

Он непосредственно следил в течение долгого ряда лет за внутренней жизнью важнейших капиталистических государств. Хорошо владея английским, немецким и французским языками, Ленин читал также по-итальянски, по-шведски, по-польски.

Реалистическое воображение и политическая интуиция позволяли ему нередко по отдельным явлениям восстанавливать картину целого. Всегда и неизменно Ленин был против механического перенесения методов одной страны на другую, рассматривая и разрешая вопросы революционного движения не только в их международной взаимозависимости, но и в их национальной конкретности. Февральская революция года застает Ленина в Швейцарии.

Его попытки проехать в Россию наталкиваются на решительное сопротивление британского правительства. Ленин решает использовать антагонизм воюющих стран и проехать в Россию через Германию. Удача этого плана дает врагам повод для неистовой кампании клеветы, которая, однако, уже бессильна помешать Ленину встать во главе партии, а вскоре и во главе революции.

В ночь на 4 апреля, сейчас же по выходе из вагона, Ленин выступает на Финляндском вокзале с речью, основные мысли которой он повторяет и развивает в ближайшие дни. Низвержение царизма, говорит Ленин, явилось лишь первым этапом революции. Буржуазная революция уже не может удовлетворить массы. Задача пролетариата -- воору- жаться, усиливать значение Советов, пробуждать деревню и готовиться к завоеванию власти во имя социалистического переустройства общества.

Далеко идущая программа Ленина не только оказывается неприемлемой для деятелей патриотического социализма, но и вызывает возражения в среде самих большевиков. Плеханов называет программу Ленина "бредовой". Но Ленин строит свою политику не на настроениях временных вождей революции, а на взаимоотношениях классов и логике движения масс.

Он предвидит, что рост недоверия к буржуазии и к Временному правительству будет с каждым днем увеличиваться, что партия большевиков достигнет большинства в Советах и что к ним должна будет перейти власть.

Маленькая ежедневная газета "Правда" становится отныне в его руках могущественным орудием низвержения буржуазного общества. Политика коалиции с буржуазией, проводившаяся социалистами-патриотами, и вынужденное союзниками безнадежное наступление русской армии на фронте возбуждают массы и приводят в Петрограде к вооруженным демонстрациям в первые дни июля. Внутренняя борьба достигает остроты. К вечеру прибыли вызванные Керенским с фронта "надежные" части и юнкера из окрестностей Петрограда, которые заняли город.

Травля против Ленина достигла апогея. Он перешел на нелегальное положение, скрываясь сперва в Петрограде, затем в Финляндии и сохраняя постоянную связь с руководящими элементами партии. Июльские дни и последовавшая расправа вызывают резкий подъем в массах. Предвидение Ленина оправдывается по всей линии.

Большевики получают большинство в Советах Петрограда и Москвы. Ленин требует решительных действий для захвата власти, открывая, со своей стороны, непримиримую борьбу против колебаний на верхах партии. Он пишет статьи, брошюры, официальные и частные письма, подвергая вопрос о захвате власти освещению со всех сторон, опровергая возражения, рассеивая опасения.

Он рисует неизбежное превращение России в иностранную колонию при продолжении политики Милюкова -- Керенского и предсказывает сознательную сдачу ими Петрограда немцам с целью разгрома пролетариата. Восстание против Временного правительства, намеченное решением ЦК, под давлением Ленина, на 10 октября, ходом вещей отодвинулось на 25 октября8.

В этот день Ле- нин впервые после трехсполовиноймесячного пребывания в подполье появляется в Смольном, откуда непосредственно руководит борьбой. В ночь на е он выступает на заседании Съезда Советов с проектом декрета о мире принят единогласно и декрета о земле принят всеми против одного, при восьми воздержавшихся. Большевистским большинством съезда, при поддержке группы левых эсеров, объявляется переход власти к Советам.

Назначается Совет Народных Комиссаров во главе с Лениным. Из лесного шалаша 9, где Ленин скрывался от преследований, он непосредственно переходит на вершину власти. Пролетарский переворот быстро распространяется по стране. Советы становятся господами положения в городе и деревне.

При этих обстоятельствах Учредительное собрание, собравшееся 5 января, оказывается явным анахронизмом. Конфликт между двумя этапами революции налицо. Ленин не колеблется ни на минуту. Диктатура пролетариата, учит Ленин, обозначает максимум действительного, а не формального демократизма для трудящегося большинства, ибо обеспечивает ему реальную возможность воспользоваться свободами, передавая в руки трудящихся все те материальные блага здания для собраний, типографии и прочеебез которых "свобода" остается пустым звуком и иллюзией.

Диктатура пролетариата, по Ленину, есть необходимая ступень к уничтожению классового общества. Вопрос о войне и мире вызвал новый кризис партии и власти. Значительная часть партии звала к "революционной войне" против Гогенцоллерна, не считаясь ни с хозяйственным положением страны, ни с настроением крестьянства.

Ленин, считавший необходимым затягивать переговоры с немцами в агитационных целях как можно дольше, требовал, однако, чтобы в случае ультиматума с их стороны был подписан мир хотя бы ценой территориальных уступок и контрибуций: Политический реализм Ленина обнаружился в этом вопросе во всей своей силе. Большинство Центрального Комитета -- против Ленина -- делает еще попытку, "объявив состояние войны прекращенным, отказаться в то же время от подписания империалистического мира".

Это приводит к возобновлению немецкого наступления. После ожесточенных прений в ЦК на заседании 18 февраля Ленин завоевывает большинство за свое предложение немедленно возобновить переговоры и подписать немецкие условия, еще более отягченные.

Советское правительство, по инициативе Ленина, переселяется в Москву. Добившись мира, Ленин выдвигает перед партией и страной вопросы хозяйственного и культурного строительства. Как всегда, он ставит вопросы ребром: Надо измерить целиком, до дна, всю ту пропасть поражения, расчленения, порабощения, унижения, в которую теперь нас толкнули. Чем яснее мы поймем это, тем более твердой, закаленной, стальной сделается наша воля к освобождению Плодотворность исторического знания состоит прежде всего в том, что благодаря ему в нас завязывается диалог между Иным и Тождественным.

Мы достаточно отличаемся от своих отцов, чтобы полученное ими образование стало в большей мере подпадать для нас под категорию Иного — многое из того, что противно либо нашему обычаю, либо нашим устремлениям, может нас в нем с пользой удивить. Проницательный читатель сможет вволю поразмышлять по ходу нашего изложения. Плодотворность такого диалога не предполагает, что мы должны при этом отказаться от собственного естества: Но, побуждая нас к размышлению, этот диалог вовсе не обязательно должен влиять на нашу деятельность.

Пример, который предлагает нам история, обязывает нас лишь подвергнуть испытанию надежность и обоснованность нашего выбора и делает нашу волю сознательной. Необходимое для историка сочувствие заставляет меня выступить защитником античной системы образования нужно понять ее, прежде чем судитьно необходимо, чтобы читатель ясно понимал — я предлагаю ему материал для размышления, а не образец для рабского воспроизведения.

Кривая его развития История, которую мы собираемся проследить, занимает около пятнадцати веков, приблизительно с года до Р. Однако наша тема обладает большим единством и определенностью, чем можно было бы подумать а priori. Средиземноморский мир в античности в самом деле знал одно классическое образование, одну определенную и последовательную систему образования.

Разумеется, эта система не возникает с самого начала в своей окончательной, полностью развитой форме. Это не должно нас удивлять: Это, разумеется, предполагает определенный временной разрыв: Вот почему классическое образование обретает свою подлинную форму лишь тогда, когда великая творческая эпоха греческой цивилизации уже позади. Лишь с наступлением эллинистической эры оно предстает перед нами во всеоружии своих учреждений, программ и метода.

Но, раз достигнув зрелости, оно сохраняет без особых изменений, по инерции, свойственной явлениям культуры в особенности явлениям, зависящим от педагогической рутиныодну и ту же структуру и приемы на протяжении долгих веков.

Распространение его за пределы греческого мира в Рим, Италию, на романизированный Запад повлекло за собой лишь перемены и отступления второстепенного характера. Это относится, против всякого ожидания, и к событию столь потрясающему, как обращение средиземноморского мира в христианство.

В области образования упадок античной культуры скажется лишь явлениями застоя, что еще более обостряет это впечатление неподвижности. Поэтому история, этапы которой мы собираемся бегло проследить, не соответствует пресловутой схеме кривой в виде колокола, как ни дорога она была античным мыслителям [6]: Начнем мы, разумеется, по восходящей, очертив развитие, приведшее классическое образование с X по IV век от истоков к зрелой его форме часть I.

Наивысший подъем растягивается на долгие века: Приток свежей римской крови часть III обеспечивает ему новое долголетие. У кривой нет снижения: Однако под ней уже намечается новая кривая — под конец мы обнаружим в определенной части христианского общества, в монастырской среде, начало процесса, который вызовет к жизни новый тип образования — тот, что станет господствующим для западного средневековья.

От благородного воина к писцу Если бы понадобилось, однако, свести все это сложное развитие к одной простой формуле, я бы сказал, что история античного образования отражает постепенный переход [7] от культуры благородных воинов к культуре писцов. Есть утонченные и зрелые общества, над которыми тяготеет память прошлого, запечатленная письменностью. Вследствие этого в их образовании главенствует обучение письму: Есть, напротив, варварские общества — именно такой была Аравия во времена пророка, — в которых господствующий класс представлен воинской аристократией и где воспитание, естественно, по преимуществу военизировано и направлено скорее на формирование характера, развитие физической силы и ловкости, чем на развитие интеллекта.

Вся история античного греческого образования представляет собой медленный переход от культуры этого последнего типа к культуре первого.

Мы обнаруживаем его истоки в обществе, еще полностью проникнутом воинственным духом; однако уже тогда появляется произведение, вокруг которого будет строиться образование, и это уже книга, пусть она и воспевает деяния героев, — Илиада Гомера.

А значит, в эту культуру очень рано проникают ученые, если хотите, книжные элементы пусть даже эта книга в течение долгого времени скорее поется или декламируется, чем читается. С другой стороны, еще долго в культуре будут заметны следы ее воинского и аристократического происхождения в частности, почетное место, отводимое уходу за телом и спортивным занятиям. И лишь в последний период его истории, когда христианство станет строить культуру и образование вокруг Книги по преимуществу — Библии, источника всяческого знания и всяческой жизни, античный ученый окончательно превратится в писца.

Восточный писец Поэтому история классического образования противоположна в этом отношении истории образования в обществах Ближнего Востока, представляющих нам самые характерные типы культурных писцов, будь то египетские, месопотамские или сирийские писцы; мы, евреи и христиане, находим ей созвучие в книгах Премудрости Ветхого Завета, особенно в книге Притчей, этом учебнике нравственности для совершенного чиновника, афоризмы которой сводят воедино традиционную мудрость, жившую в культурной среде царских писцов Иудеи и Израиля X—VII вв.

С точки зрения техники, они сосредоточены на писаном тексте: Известно, какова была сложность, а, следовательно, и трудность в употреблении различных систем письма, применявшихся как в Египте, так и в Месопотамии, поскольку в них сосуществовали элементы с иероглифическим, слоговым и буквенно-звуковым значением, не говоря уже о дополнительных сложностях, которые создавало в Египте одновременное использование различных типов письма иероглифического и иератического, а впоследствии демотическогоа в Месопотамии употребление в одной и той же культурной среде разных языков шумерского и аккадского, а позднее арамейского.

По общественному положению писец — чиновник. Свое владение письмом он ставит на службу администрации — в Египте в основном царской администрации, а в Месопотамии сначала, видимо, администрации жреческой, но вскоре и царской. В этом прежде всего в двойном смысле — первоначальности и неизменной первостепенности роль восточного писца: Лишь в ходе дальнейшего развития оно выйдет за рамки этих утилитарных задач, чтобы найти себе более благородное применение на службе истории или отвлеченной мысли.

Но даже тогда восточный писец останется человеком, который главным образом ведет счета, содержит в порядке архивы, составляет приказы, способен получать их в письменном виде и потому, естественно, ответствен за их исполнение. В силу этого писцы по отношению к простонародью — крестьянам и ремесленникам — выступают, с политической и социальной точки зрения, как господствующий класс, который, возвышаясь над сплошной массой угнетенных, более или менее прямо причастен к осуществлению власти.

Несомненно, многим из них доставалась лишь крохотная частичка этой власти, но система абсолютной централизованной монархии каждому оставляет свой шанс, поскольку заслуги вольны проявляться, а милости — изливаться. Всякий писец мог лелеять надежду, что в один прекрасный день он получит доступ к высшим должностям по крайней мере, теоретически, так как осуществлялась эта надежда, разумеется, редко: Это характерная черта монархии восточного типа [10]с которой мы вновь встретимся на заключительном этапе развития классической культуры, столкнувшись с бюрократией поздней Римской Империи [11].

Именно поэтому восточные общества придавали такое значение образованию — средству преуспевания, возможности для ребенка проникнуть в этот привилегированный класс. Египетские литературные тексты в особенности живо донесли до нас эту кастовую гордость писцов. В царствование IX или X династии — писец Ахтой, желая поощрить своего сына Пепи к неблагодарному изучению грамоты, сатирически рисует перед ним тысячи тягот, ожидающих ремесленника, и противопоставляет им счастливый удел писца, благородство этого первого среди ремесел.

Аналогичное поучение дошло под именем Аменемопе, начальника царской канцелярии при Рамсесе II — Эти тексты стали классическими: Высокое понятие об искусстве писца символически выразилось в представлении, согласно которому письмо священно, происходит от бога, вдохновлено богом, находится под покровительством бога — в Египте, например, Тота, а в Месопотамии — Набу, сына бога мудрости Эа [13]. Образование восточного писца Мы имеем некоторое представление об организации, программах, методе и в определенной степени — об истории образования, которое в восточных обществах приобщало к культуре письма.

Для обучения писцов существовали школы у евреев это дом учения, be y t midhe rasch [14]и археологи в Месопотамии обнаруживают порой остатки этих школ; например, совсем недавно в Мари на Евфрате А. Прежде всего учитель обучал ученика держать стиль или калам и выдавливать либо чертить простейшие знаки. Затем он давал ему образец для воспроизведения и подражания: Затем, постепенно, целые фразы и связные тексты, в частности, образчики писем.

До нас дошли на папирусе и на табличках приготовленные учителем образцы и упражнения учеников [16]. Педагогика была очень элементарной и сводилась к пассивному усвоению материала.

Рассчитывая на покорность ученика, эта педагогика, как позднее классическая, вполне естественно прибегала к самым энергичным телесным наказаниям: Самые яркие тексты и здесь приходят из Египта: Наряду с обучением письму было и устное обучение. Учитель читал текст, объяснял его и задавал ученику вопросы о прослушанном. Уровень беседы постепенно повышался, и, в конце концов, между ними завязывались настоящие дискуссии [18].

Было бы неверно считать, что восточное образование сводилось исключительно к ремесленному, утилитарному обучению. Воспитание писца имело более высокие цели и претендовало на то, чтобы в конце концов стать полным воспитанием характера и души, каковое по праву может быть названо мудростью — восхитительное, забытое нами слово, которое нам могла бы с пользой напомнить древность.

Эта египетская мудрость, послужившая источником, по крайней мере литературным, мудрости Израиля [20]имела соответствия в параллельной месопотамской традиции, которая найдет свое позднее завершение в Премудрости Ахикара [21].

Не стоит преувеличивать притязания этой восточной мудрости, чтобы потом, в силу реакции, не оценить слишком низко ее реальное содержание: Но это не мешает ей переходить в высокое нравственное учение, полное религиозной возвышенности. Это важный аспект, роднящий восточное образование с классическим, в котором мы находим ту же заботу о целостном воспитании, об идеальном внутреннем совершенстве.

Однако они резко разделены хронологически, так как этот восточный тип культуры и это образование писцов засвидетельствованы для очень глубокой древности: В Египте их происхождение не удается проследить, так как истоки следует искать, несомненно, в Дельте, а в ее сравнительно влажном климате папирус не сохраняется.

Употребление письма и организация царского управления уже прочно утвердились к моменту основания тинисской монархии I—II династии, к году [22]. В Месопотамии мы в лучшем положении: На Крите и отчасти в материковой Греции такое образование существовало в прекрасные дни минойской культуры: У них была своеобразная система письма, которую пока не удалось расшифровать, но мы можем проследить ее формальное развитие: Наличие писцов предполагает их обучение и существование школ для их подготовки, но ни о том, ни о другом мы не располагаем надежными свидетельствами [26].

Но — и это куда важнее — та же самая система государственных учреждений, монархии или, лучше сказать, княжества, учитывая скромные размеры территории восточного типа, с административным аппаратом, использованием письма в управлении и, следовательно, обучением писцов — процветала в течение всего микенского периода позднеэлладский III, приблизительно — гг. Дешифровка в году линейного письма В [27] — самое сенсационное открытие на нашей памяти — показала, что глиняные таблички, найденные в Микенах, Пилосе и Кноссе, составлены на греческом диалекте, использовавшем, однако, слоговую систему записи плюс несколько идеограммявно унаследованную от доиндоевропейского минойского периода, настолько она противна духу греческого языка: Словно Пропилеи, предваряющие здание, к уже известным векам истории греческого народа — экономической, социальной, политической, религиозной — добавилась целая, прежде неизвестная эпоха.

Ведь те же слова — это и те же понятия, знакомые нам по классическому периоду: Однако для той узкой области, которая занимает нас сейчас, — образования — микенский период представляется скорее до- чем предысторией. Какова бы ни была преемственность, наблюдаемая в других отношениях между микенской и классической Грецией, здесь налицо разрыв. В позднейшей Элладе не будет писцов в восточном смысле слова.

В самом деле, ни в чем так ясно не обнаруживается разрыв между этими двумя культурами, как в отношении к письменности: И только Кипр — глухая провинция — будет еще помнить о силлабарии… Преемственность, несомненно, нарушена [28]: Каковы причины этого исчезновения?

Стало общепринятым его сопоставление с опустошениями дорийского нашествия, нашествия северных племен, настолько диких, что они не поддались обаянию микенской культуры.

Насилия и катастрофы, несомненно, были: Но, как всегда в подобных случаях, историки колеблются: Раз она была побеждена, значит, была уже ослаблена… Объединенные усилия внешнего и внутреннего пролетариата, если воспользоваться терминами Тойнби?

Какое бы решение ни принять, как ни расставлять акценты, факт налицо. Конечно, можно с полным на то основанием подчеркивать наличие микенских и даже минойских пережитков в самых различных областях классической греческой культуры.

Но не следует забывать: И все же это в самом деле темные века, когда после обрыва традиции мы оказываемся в начале нового отсчета: На долгие века они станут противоположностью культуры и образования восточных писцов. И начинать историю этого образования, как и всей классической культуры, мы можем только с Гомера. Гомеровское воспитание Именно от Гомера должна отправляться наша история — ведь именно с Гомера начинается отныне непрерывная традиция греческой культуры.

Его свидетельство — самый древний документ, в котором имеет смысл отыскивать сведения об архаическом образовании. С другой стороны, первостепенная роль, которую сыграл Гомер в классическом образовании, побуждает нас тщательно разобраться, что могло представлять собой образование уже до него [29]. Илиада и Одиссея для него — источники, сложные по составу, и его анализ по возможности должен учитывать как наследие древней легендарной и поэтической традиции, так и собственный вклад поэта, необходимо также отличать основной состав произведения от переработок, интерполяций, связующих эпизодов, выделяемых филологами.

Можно считать общепризнанным в той мере, в какой достижимо согласие по набившему оскомину вопросу [31]что наш текст — видимо, тот самый, который Гиппарх в царствование своего отца Писистрата ум. Исходя из этой даты, можно заключить приблизительно, что время создания основных песней Илиады Одиссея на поколение или два моложе не может быть много позднее середины VIII века [33].

Если считать, что этот текст — творение одного поэта, реального Гомера, а не плод коллективных усилий нескольких поколений поэтов, то предварительно должна была сложиться целая весьма развитая традиция, каковую предполагают гомеровский язык, стиль и легенды; на это не могло уйти менее века. Однако мало приблизительно датировать эпос — годами, нужно еще определить его ценность как источника [36].

Не следует забывать, что Гомер был поэтом, а не историком. К тому же он дает полную волю своему творческому воображению: Но Гомер — не Флобер и не Леконт де Лилль, одержимый стремлением к археологической точности: